Многие женщины знают о нарушениях пищевого поведения не понаслышке. Кто-то не может заснуть без ночного перекуса, кому-то знакомы приступы компульсивного переедания — когда подходишь к холодильнику за яблоком, а потом находишь себя в обнимку с тарелкой пельменей. В чем причина таких нарушений у здоровых, в принципе, людей?

Юлия Лапина: Одна из первых причин такого переедания — диетическое поведение. 60-70% людей, которые приходят в какие-то диетические программы и тренинги, страдают компульсивным перееданием. Дело в том, что любые запреты и ограничения в еде сигнализируют нашему телу об опасности.

Неокортекс — часть мозга, которая отвечает за разум и рациональное мышление — может легко отключаться, если тело считает, что его жизни что-то угрожает. Оно ведь не знает, что вы хотите влезть в новое платье или следуете какой-то идее. Тело говорит: «Не умеешь пользоваться неокортексом — я его отключу, а ты иди, ешь». И этот сигнал ощущается как потеря контроля.

Приступов переедания не будет, если не будет этапов голодания. Это наглядно продемонстрировал знаменитый миннесотский «голодный» эксперимент 1944 года, который проводился доктором Анселем Кисом в городе Миннеаполис (штат Миннесота). В нем приняли участие 36 молодых мужчин-добровольцев с нормальным весом, которых посадили на диету в 1500 ккал.

Очень скоро эти здоровые мужчины стали апатичными и раздражительными, говорили только о еде. Некоторые стали читать кулинарные книги, некоторые делились мечтами о том, как они откроют свой ресторан. После окончания эксперимента, когда еда стала доступна им без ограничений, участники стали есть без остановки — они потребляли от 5000 до 10 000 калорий в день!

Женщины привыкли к тому, что каждое утро встают на весы как на эшафот, ищут свое отражение в каждом зеркале, ненавидят свое тело

В течение нескольких месяцев они заявляли, что не могут утолить чувство голода, сколько бы ни ели. В итоге они все превзошли свой вес, имевшийся до начала эксперимента. А один мужчина, который до того не интересовался кулинарией вообще, потом издал кулинарную книгу.

Навязчивые мысли о еде преследовали некоторых участников годами. А диета в 1500 калорий не так уж и строга по нынешним временам.

Это только один пример сопротивления организма диетам и навязанным ограничениям. Основная задача организма — выживать, поэтому он свое всегда возьмет.

Откуда вообще берется тревога по поводу своего тела? Почему это стало проблемой именно для женщин?

Все дело в социальных стереотипах. Для женщины внешность часто ассоциируется и с самоощущением, и с положением в обществе. Диета — хиджаб для европейской женщины. Это сфера, в которой она сама себя добровольно ограничивает.

Это проявляется в мелочах, которых мы даже не замечаем, в беспокойстве о фигуре и собственном внешнем виде. Женщины привыкли к тому, что они каждое утро встают на весы как на эшафот, ищут свое отражение в каждом зеркале, ненавидят свое тело и считают, что проблема в них.

Многие даже не сомневаются в этом. Они боятся пойти на собеседование или в бассейн, потому что считают, что не так выглядят. Я написала книжку, чтобы громко сказать всем женщинам: лишний вес, переедание — это не ваша вина и не ваша проблема. Очень важно избавить питание от стигматизации.

Согласны ли вы, что нормальный вес человека зависит на 33% от генетики, на 33% от питания и еще на 33% — от образа жизни?

Генетика, среда, образ жизни — все это важно, никто не спорит. Но отдельный вопрос — как мы диагностируем лишний вес? Никто не говорит, что вес человека, который не может встать со стула, нормален. Но между серьезными отклонениями и незначительными — огромная дистанция.

Критерий ИМТ — очень условная вещь. В медицине даже появилось определение «метаболически здоровое ожирение». И возрастные нормы тоже очень условны. Скажем, девочка-подросток в пубертате набирает вес или женщина в ожидании ребенка. Тело в этот момент меняется, и это нормально, а сама женщина может эти перемены рассматривать как патологию.

Кто-то скажет: человек набирает вес, потому что ведет неправильный образ жизни, лежит с утра до вечера на диване. Но дело не в образе жизни: в данном случае это психически нездоровое поведение. Здоровое — чего-то хотеть и что-то делать. Что стоит за ленью, какие процессы? Вот что надо выяснять в первую очередь.

Многие диетологи рекомендуют: исключите раздражители — сладости, выпечку — из зоны видимости, и вам легче будет справиться с искушением. Вы разделяете это мнение?

Есть области жизни, где запреты отлично работают. Еще пару лет назад машины в Москве парковались где придется, и проехать было невозможно. Ввели ряд запретов — и проблема решилась.

У человека с нарушением пищевого поведения нет чувства, что диеты когда-нибудь закончатся. Он думает, что будет в этой клетке вечно

В отношении пищевого поведения запреты не работают. Казалось бы, что тут сложного: давайте исключим все вредные продукты, оставим пустым холодильник, и все будет прекрасно. Увы, наша психика устроена гораздо сложнее.

Продукты, в которых мы себя ограничиваем, приобретают для нас сверхценность, становятся наградой. Мы начнем их поглощать в многократном объеме — как маленькие дети, которым запрещают сладкое, вдруг дорываются до конфет.

В теории исключение раздражителей может сработать. Но в реальности все зависит от того, как долго и строго человек себя ограничивал, как переносил эти запреты и ограничения. С каждым случаем надо разбираться отдельно. Часто психотерапевту приходится вести пошаговое сопровождение клиента в отказе от этих запретов. И это ювелирная работа.

Церковный пост и диета: смысл разный, но форма одна — пищевые ограничения. Может ли пост, как и диета, привести к нарушению пищевого поведения?

В случае поста еда — одно из средств тренировки процесса торможения, обретения контроля над импульсами и желаниями. У поста есть начало и конец. Человек знает, ради чего он это делает. Понимает, что пост всегда можно прервать, если соблюдать его окажется невыносимо. Поэтому его отношения с телом пост не нарушает.

У человека с сильным нарушением пищевого поведения нет чувства, что диеты когда-нибудь закончатся. Он думает, что будет в этой клетке вечно, и испытывает сильный страх. И этот контекст заставляет мозг работать иначе.

Поделись статьей!

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here